нравится это "я", то давайте говорить "мы".  Так  вот,  ребятки,  -  снова
обратился он к пленникам, - если вы поклянетесь служить нам -  а  для  вас
будет гораздо лучше, если вы так  поступите  -  вы  принесете  присягу  на
верность мне, Герману Герингу, и бывшему Императору Древнего Рима -  Туллу
Гостилию.
Бартон присмотрелся. Мог  ли  это  быть  на  самом  деле  легендарный
Император Древнего Рима? Рима, когда он  был  еще  маленькой  деревенькой,
которой угрожали племена италиков,  сабин,  аквы  и  вольски?  Который  по
очереди подвергался нападению то со стороны умбрийцев, то со стороны более
могущественных  этрусков?  Был  ли  это  на  самом  деле  Тулл   Гостилий,
воинственный преемник миролюбивого Нумы Помпилия? В этом человеке не  было
ничего, чем он мог бы выделиться среди тысяч мужчин, которых Бартон  видел
на улицах Сиены. И все же, если он тот, за кого себя выдает, то он был  бы
ценнейшей находкой для историков и лингвистов.  Тулл  был,  скорее  всего,
этруском и знает этот  язык  вдобавок  к  доклассической  латыни  и  языку
сабинов и, возможно, даже знает язык греков Кампинии. Он мог знать Ромула,
предполагаемого основателя  Рима.  Какие  истории  мог  бы  поведать  этот
человек!
- Ну? - прервал молчание Геринг.
-  Что  мы  должны  будем  делать,  если  присоединимся  к   вам?   -
поинтересовался Бартон.
- Во-первых, я... мы должны быть уверены, что  вы  немедленно  и  без
колебаний выполните все, что мы прикажем. Поэтому вам  придется  выдержать
небольшой экзамен.
Он  отдал  распоряжение,  и  через  минуту   вперед   вывели   группу