Так что Джо Миллер стоял  на берегу, хотя его кисть  крепко сжимала
ремешок чаши,  готовая прихватить  ее с  собой, если  придется спасаться
бегством.
Чудовище подплыло ближе.  Джо  начал думать, что, возможно, оно  не
живое.  Но если не живое, то почему впереди торчит огромная голова,  как
бы готовясь напасть?  И все же  оно не казалось живым.  В нем  ощущалась
какая-то  мертвенность.   Конечно,  это  еще  ничего  не  значило.   Джо
однажды  довелось   видеть,  как   раненый  медведь   очень  убедительно
притворялся  мертвым,  а   затем,  вскочив,  разом   оторвал  руку   его
товарищу-охотнику.
Более того, хотя  он собственными глазами  видел, как этот  охотник
умер, он снова увидел его  живым, когда проснулся на берегу  Реки вместе
с другими  сородичами.   А если  он, да  и сам  Джо, смогли  стать снова
живыми,  почему  же  эта   окаменевшая  змееподобная  голова  не   может
стряхнуть с себя чары смерти и схватить его своими зубами?
Но он подавил в себе страх  и, дрожа, подошел к чудовищу.   Ведь он
-  титантроп,  старший  брат  человека,  с  заложенной в нем дерзостью и
присущим приматам желанием понять до конца все происходящее.
Пигмей, такой же заморыш, как и другие, но со стеклянными  кружками
на глазах, отражавшими солнце, кивнул, подзывая Джо Миллера.   Остальные
стояли  на  спине  деревянного  зверя  позади  человека  со  стеклянными
кругами на глазах  и держали копья  и странные устройства,  которые, как
впоследствии  узнал  Джо,  были  луки  со  стрелами.   Они  не  казались
испуганными  видом  исполина,  возможно,  из-за  того,  что очень устали
безостановочно грести против течения и теперь мало обращали внимание  на