Однако  это  ничем  не  могло  помочь  людям,  навечно заточенным в
долине шириной в среднем 9,9  мили между отвесными кручами высотой  в 20
000 футов.   Они могли быть  заточены там на  тысячи лет, а  может быть,
навсегда,  если  только  Сэмюель  Ленгхорн  Клеменс  не  соорудит   свой
Пароход?
Сэм подошел к  сосновому встроенному шкафу,  открыл дверцу и  вынул
темную стеклянную бутылку.   В ней было  около литра виски,  подаренного
ему  непьющими.   Он  отлил  чуть  больше  ста грамм, поморщился, выпил,
хлопнул себя по груди и поставил  бутылку на место.  Ха! Что  может быть
лучше для  начала нового  дня, особенно  после того,  как проснешься  от
кошмара,  который  по  идее  должен  был  бы  отвергнуть  Великий Цензор
Сновидений.   Если,  конечно,  этот  Судья  хоть  сколько-нибудь любит и
уважает своего любимого мечтателя Сэма Клеменса.  А может быть,  Великий
Цензор вовсе и  не любит его.   Казалось, что очень  немногие еще  любят
Сэма.  Ему приходилось совершать много поступков против своей воли  ради
сооружения его Парохода.
И наконец, здесь  была Ливи, его  земная жена, с  которой он прожил
тридцать четыре года!
Он  чертыхнулся,  пригладил  несуществующие  усы, снова потянулся к
дверце шкафа  и еще  раз вытащил  на свет  божий темную  бутылочку.   Он
выпил  еще  рюмочку.   Глаза  подернулись  слезинками,  но  было  ли это
вызвано виски  или мыслью  о Ливи,  он не  знал.   Вероятно, в этом мире
непонятных явлений и таинственных действующих лиц слезы могли  появиться
от  этих  причин  и  от  многих  других  тоже,  заглянуть  в которые его
подсознание пока не позволяло.   Оно ждет, пока сознание исчерпает  свои