- Не  знаю,  -  Мастер  продолжал смотреть ей прямо в  глаза. Он  вдруг
шагнул к  Тане вплотную  и, чуть  нагнувшись, осторожно прижался щекой  к ее
виску.  Таня  не  шевельнулась.  Ей  было  страшно.  С  каждой  секундой все
страшнее. В движении Мастера не было и намека на ласку. Он исследовал.
- Зачем...? - прошептала Таня.
Мастер отвернулся, бросил глухо  звякнувшую кляксу на крышку стиральной
машины, выдавил за щеку немного зубной пасты, открыл кран, отхлебнул воды  и
начал полоскать рот. Смотрел он в зеркало, прямо себе в глаза. Таня. опустив
плечи, неверными  шагами поплелась в  спальню, волоча одеяло  по полу. Карма
высунулась  из  кабинета,  проводила  Таню  взглядом и, когда  дверь спальни
захлопнулась, подошла и улеглась под ней.
Таня сидела  на  кровати, зябко обнимая себя руками за плечи и смотрела
на "свою" кляксу.  "Я сначала твою убил...".  Что это  значит? Почему  она -
моя? Откуда она взялась? Таня  почувствовала, что у нее дрожит подбородок  и
слезы  наворачиваются на  глаза. "Он  обращался со  мной так,  как  будто  я
сделала  что-то  ужасное. Но что?! Не  понимаю. Последние две  недели мы  не
виделись, я была очень  занята... Чем?! Какое-то расследование, я помню,  но
что я искала?  Или кого? Нет, мне  все это  снится. Этого не может  быть.  И
почему, действительно,  мы не виделись?" Дикий, первобытный  ужас захлестнул
Таню  с  головой.  Она  была  в   состоянии,   близком  к  обмороку.  Цепкая
тренированная  память  журналиста впервые  дала сбой. Таня действительно  не
помнила,  чем  занималась с  начала  февраля.  Какие-то ничего  не  значащие
бытовые  эпизоды, пустые  разговоры,  сон,  еда - и  больше  ничего. Никакой
конкретной  работы.  Никаких встреч с любимым  человеком. Пустота. "Господи,
что же  я сделала? И  что сделали  со  мной? Кто меня заставил, кто это был?