воспаленными  глазами.  Почти  вся   Трешка,  кроме  тех,  кто  заступил  на
стационарные посты  и не мог  отлучиться  с места - свежая, отоспавшаяся, но
тоже  хмурая.  Пятеро  ветеранов  из  Четверки, во  главе  с  Винни, оставив
молодежь  под  началом  Гоблина,  пристроились  ближе к  дверям  и синхронно
покачивались,  давая пройти  в  класс  подтягивающуюся  группу Раз,  сегодня
резервную.
Мастер стоял у окна, глядя через тонированные стекла прямо  на холодное
февральское  солнце.  Ногти  на  правой  руке  он  уже   обгрыз,  и   теперь
сосредоточенно занимался  левой.  Всей спиной он чувствовал,  как  в дверях,
будто сердце, пульсирует управление группы Фо, пропуская все новых людей.
- Андрюша, - тихо  позвал Мэкс заслонившего дверной  проем Винни. -  Да
пройди ты, ради Бога, вперед! Сил нет смотреть, как вы там дергаетесь...
- И без того уже тошно, - поддержал его Батя.
Винни громко засопел  и  толкнул  грудью своих бойцов, стоящих впереди.
"Деды"  из  Четверки  неловко  расползлись  по  классу,  поминутно  цепляясь
амуницией за сидящих охотников и бормоча извинения. Им быстро нашли места, и
класс снова затих.
Вошел Ветер, кивнул Бате и сполз по косяку  спиной, усаживаясь в дверях
на корточки.
- В Первой - все, - сказал Батя. - Лебедь на выезде.
- Во Второй  все, -  доложил Крюгер. Отсутствие Саймона он отмечать  не
стал. Саймон ушел спать. Его и не звали. Он давно уже не охотник.
- В Третьей все, - сказал Мэкс. - Пять человек - наряд, двое больны.
- В Четвертой незаконно отсутствующих нет, - прогудел Винни.
Мастер  вынул  палец  изо  рта  и  озадаченно посмотрел на  изгрызенный