громко заскрипеть зубами.  Ни намека на  происшествие в милицейских сводках.
Охрана банка вывезена на Базу для промывания мозгов. Рядовой персонал вообще
не в  курсе. Здание полностью блокировано спецотрядом -  внешне это выглядит
как  прорыв  канализации. И  этой  же  версии придерживается  директорат. Им
кое-что  показали,  но совсем  не то,  от чего  потерял  сознание  начальник
охраны. Даже и думать не хотелось,  какую  именно  лапшу  вешает  им на  уши
липовая  опергруппа.  Естественно  липовая -  не настоящую же  в такое место
посылать.
Повреждения,  которые   наносят   людям   твари,  мягко  говоря,  очень
специфичны  по внешним признакам. Есть также ряд характерных примет по месту
и  времени.  И приняв  сигнал  с места происшествия,  милицейский  диспетчер
оповещает специализированную группу. Он уверен, что  свою. На самом деле она
полностью состоит  из людей Проекта и проводит на объекте рекогносцировку. А
за ней подъедут охотники.,
Жалкие  крохи - это было  все,  что  Мастер  смог узнать об оперативных
методах  Штаба  за пять  лет,  из  которых  три  года он постоянно общался с
Генералом. И до какого-то момента его такое положение вещей устраивало. Даже
самые пытливые  умы  Школы оставались всего лишь человеческими.  Школа  была
гнездом,  пригревшим белых ворон. А Штаб - деревом, на котором гнездо свито.
Поэтому дятлов в Школе не жаловали и сук, на котором сидят,  не долбили. Все
знали,  что  расчищаемое здание  совершенно пусто,  рядом  стоит  грузовик с
надписью  "Техпомощь" (он, собственно, и есть  техпомощь из Техцентра). И ни
души вокруг. И ни слова в газетах. И это нормально - а как это сделали,  нам
до лампочки. В конце концов, у любой спецслужбы есть тайны от  своих  людей.
Мы  же  не дети, мы все понимаем. Мы  -  что-то вроде контрразведки,  только