- Умоляю, не пускайте это на сиденье!
-  Да  оно  и не  поместится. Сядет  в ногах.  Не  беспокойтесь,  когти
втянуты. А шерсть я соберу.
Водитель укоризненно покачал головой. Наверное, не поверил.
Бондарчук,  похоже,  успел  отдышаться  и  прийти  в себя. Встретил  он
завлаба обычным  своим начальственно-покровительственным  взглядом, и вопрос
задал в излюбленном ключе да соответствующим тоном.
- Слушай, дорогуша! - первым делом выпалил генерал, когда Павлов открыл
дверцу.  - Еще с  того  раза хочу спросить - не слишком  ли  яркий окрас для
Африки? И вообще, почему именно такой? Это могут принять за намек. Или ты ее
нарочно расписал под золотую осень?
Павлов, рассмеявшись, пропустил Катьку в салон, и та сама, без приказа,
устроилась  у  перегородки. Там были  места  для откидных  сидений, как  раз
улечься рыжику.
Пришлось опять  нести  ахинею про декамуфляж. Впрочем, идею Павлов счел
разумной,  запомнил и  отложил  на потом.  Ее  просто  нужно  было  грамотно
обосновать.
-  Широко  мыслишь, дорогуша, -  оценил Бондарчук.  -  Далеко  глядишь.
Полицейский вариант, м-да... Если министр об окраске  спросит, ты что-нибудь
поумнее соври, ладно?
- Хорошо, я скажу, что это гражданка, - предложил Павлов.
- Какая?! Вообще дурак? Не  смей и думать!  Изделие только с  испытаний
пришло,  а  они,  видите  ли,  уже  гражданскую  версию  готовят...  Знаешь,
дорогуша,  меня  терзают  сомнения.  Может,  пока  не поздно,  вернуть  твою
зверушку обратно в клетку, а?