коробочку, что-то выщелкнул себе в рот и принялся жевать.
- Дайте мне, - попросил Шульте
- Нам доктор прописал. А вам, может, вредно.
- Дайте!
-  Не  спешите!  -   с  заметным  нажимом  произнесла  Дева.   -  Прием
транквилизаторов  сужает  канал  восприятия.  Вам   будет  труднее  овладеть
знанием.  Поймите, вы находитесь в  ключевой  точке. От вашего решения может
зависеть судьба  Земли.  Тех, кто вам близок и дорог,  кого вы любите. Вы же
хотите, чтобы ваши дочери  прожили долгую и счастливую  жизнь? Или пусть они
лучше задохнутся в ядовитом облаке, которое накроет Гамбург?
- Ты, сука, детей не трожь... - сказал Кучкин очень тихо, но отчетливо.
- Это касается всех. Думаете, ваш сын не попадет на войну?
- Когда начнется  глобальное месиво, в  армии  окажется  больше  шансов
выжить, чем на гражданке, - бросил  Рожнов. - Слушайте, ну  скажите  наконец
открытым текстом, чего вам надо, вашу мать?
- Это уже сказано - примите знание, а дальше решайте сами.
- Вот прицепилась, железяка хренова...
- Друзья! - подал голос Шульте. - Мы все-таки на международной станции.
Можно по-английски? Я не успеваю переводить вашу ругань.
-  Виноват,  командир.  Мы так время тянем. Скоро вызов  снизу -  готов
поспорить, эта железная леди сразу перестанет нам мерещиться.
-  Я останусь, - возразила Дева. - И  буду запугивать вас  до  тех пор,
пока вы не покинете станцию.
Трое как по команде посмотрели на спящего Аллена.
- Вспомните свою  вчерашнюю истерику - разве сейчас  она не кажется вам