- Все так говорят,  а потом вещи исчезают...  Ну, чего
встал!  Проходи, садись, грейся. Можешь меня Бедером звать,
так и быть...
Эти  слова  словно  послужили сигналом отбоя  тревоги:
пришелец  не  опасен,  можно  расслабиться.  Фигуры  вокруг
костра   зашевелились,   закряхтели,   забормотали  что-то,
принялись почесываться и тянуть руки к огню.
Сварог секунду поколебался. Отчего-то эта компания ему
быстро разонравилась.  Впрочем,  чутье на опасность молчит,
так что...
- Премного  благодарен,   -   сказал  Сварог,  скромно
примостился по-турецки  чуть  в  сторонке  и  с  интересом,
смешанным с толикой брезгливости,  разглядывал бродяг.  Все
как  один  были  обряжены  в   разной  степени  сохранности
лохмотья, все стары и потрепаны... и все как один слепы.
Вот занесла ж нелегкая...
Назвавшийся  Бедером   заботливо  пристроил  увесистый
посох под себя (как бы действительно не сперли) и потянулся
к  мясу.  Несколько раз сунув пальцы в  огонь и  зашипев от
боли,  он наконец нащупал тушку, снял ее с палки и принялся
смачно  рвать  на  более-менее  одинаковые части.  Со  всех
сторон к  нему потянулись костлявые дрожащие руки.  Каждому
(кроме,   вот   спасибо,   Сварога)  досталось  по   куску.
Прореженные зубы впились в  мясо,  по  небритым подбородкам
потек жир, утренний воздух наполнился чавканьем и сопением.