- Значит, вы утверждаете, что это и есть компас?
- А что вас так удивляет, мастер Сварог?
- Я просто уточняю, мастер Рошаль.
Уточнить не  мешало,  потому что ну  уж  на компас эта
штуковина походила ровно столько же, сколько и на аквариум:
стеклянный  шар,   в   котором  бултыхался  темный  сгусток
неприятного вида. Когда сгусток прибивало к какой-то стенке
- в той стороне ищи полночь, или наудер по-местному. Сварог
не стал рассказывать Рошалю о  том,  что кое-где существуют
устройства  гораздо  более  удобные  в  обращении  и  более
отрадные глазу.  Да и вообще рассказывать Рошалю о чем-либо
сейчас -  не самое удачное время.  С Рошалем нынче общаться
затруднительно. Старшему охранителю короны было плохо.
История знакомая.  И позора в том для Рошаля никакого,
просто  не  повезло.   Так  же  не  повезло  с   организмом
десантному капитану Кучину.  На земле его не могло испугать
никто  и  ничто.  Поди  испугай,  когда  капитан прошел все
огненные  броды   четырех  материков,   отстаивая  интересы
некогда могущественной державы. Не надо никаких уточнений и
красочных  описаний  подвигов:   он  уцелел,   и  этим  все
сказано...  Но  в  воздухе капитан Кучин  становился другим
человеком.  И  неважно,  на чем он поднимался в  этот самый
воздух:  на  вертушке,  самолете или  чертовом колесе.  Его
ахиллесова  пята  -   агорафобия.  Боязнь  высоты,  болезнь
высоты.  И  как  всякая болезнь,  она  знает разные стадии: