трудом  вышла  из   проржавевших  скоб.   Скрипнули  петли,
забывшие о  масле,  тяжелая  дверь  с  неохотой отлипла  от
косяка.
Из  застойного подвального нутра ударила волна гнили и
плесени.   Сварог  вытащил  из  настенного  крепежа  факел,
перешагнул высокий  порог,  оглянулся,  посмотрел  вниз.  С
внутренней  стороны  напольный  брус  был  изгрызан.   Либо
крысами,  либо кем-то  еще.  Во  всяком случае,  с  острыми
зубками...
Каменная  кладка  пола  влажно  блестела  в  факельном
свете.  Ступать по ней следовало осторожно,  не ровен час -
поскользнешься.  Седые  наросты  паутины рыболовными сетями
свешивались   с   низкого   полукруглого   свода,    липкие
прикосновения  с   первых  же   шагов   заставляли  Сварога
морщиться и обтирать лицо.
Его шаги, дыхание, потрескивание факела, скрип кожаной
петли,  в которой постукивал хозяина по бедру Доран-ан-Тег,
- эти звуки гулко метались в  затишье коридора,  рикошетили
от стен,  забегали вперед,  в  темноту,  отпрыгивали назад,
опять же в темноту.
Под  ногами  звучно  хрустнуло.  С  возмущенным писком
брызнули  прочь  от  двуногого пришельца крысы,  волоча  за
собой  длинные  хвосты,  и  растворились в  сгустках мрака.
Убрав ногу,  Сварог разглядел на  полу костяное крошево.  А
чуть впереди белела - он шагнул, подняв факел выше, - горка