исполняться кое-как,  поскольку  удаленность от  столицы  и
неистребимое провинциальное мышление отнюдь не способствуют
пиетету  к  королю.  И  придется вводить войска,  принимать
карательные меры,  закручивать гайки,  что  уважения вам не
прибавит.   Во-вторых,  бюрократическая  машина  у  каждого
государства своя, ода огромна и разветвлена, и, попытавшись
подчинить управленческие аппараты одному центру, вы немного
погодя с  удивлением заметите,  что  породили на  свет  еще
большую  махину,  неповоротливую  и  косную...  Эта  махина
раздавит вас,  мой друг.  Вы потонете в бумагах,  даже если
будете   прекрасно  разбираться  в   тонкостях  законов   и
особенностях укладов всех стран.  А  поскольку вы в  них не
разбираетесь,  то завалите дела раньше,  чем потонете...  И
заметьте,  это только при условии, что все пойдет гладко. А
ведь есть еще и в-третьих,  и в-двадцать пятых...  Возможны
недовольство армии,  разного рода рокоши, попытки ваганума,
пограничные конфликты,  восстания наконец...  Так что и мне
вы  тоже  на  хвост  наступили,  любезный  граф,  поскольку
разгребать за  вами придется именно вашему покорному слуге.
Если успею...
- Однако, умеете вы внушить оптимизм, милейший лорд, -
усмехнулся Сварог.  -  Меня так  и  тянет виновато потупить
взор и проскулить: "Я больше не буду".
Хотя был,  чего уж греха таить,  был в  словах Гаудина
определенный резон.  Сварог и  сам  знал немало примеров из