поделиться не сможет. Птица в золотой клетке. Стоит  ли  жизнь  в  клетке,
пусть и сложенной из поразительных чудес, радости познания мира,  пусть  и
дикарского, как его этот жалкий волшебник презрительно именует?  Стоит  ли
радости свободы?
На эти мысли наложилась прежняя гордость - как смеет мужчина выбирать и
повелевать? Смеет класть руки на плечи, пялиться маслеными глазами? Как бы
там ни было раньше, сейчас все идет, как идет вот уже пятьсот лет, он  сам
сказал, что пятьсот!
Она вновь отбросила с плеча горячую ладонь, выпрямилась:
- Нет!
- Тебя не привлекают знания?
- Меня не привлекаешь ты, - сказала Анастасия и встала.
- Дело поправимое, - усмехнулся он. - Ты мне только скажи  -  кто  тебе
нужен?
Человек в мантии  исчез.  На  его  месте,  поигрывая  мускулами,  стоял
загорелый атлет в узенькой набедренной  повязке  цвета  золота.  Анастасия
невольно отступила на шаг. Атлет, усмехаясь, подошел к ней вплотную,  взял
за кисти и, несмотря на сопротивление, играючи притянул к себе.  Казалось,
ее руки угодили в железные тиски.
- Нет! - вскрикнула Анастасия, но  сдержалась,  не  ударила.  В  случае
надобности успеет.
- Ах, прости, - сказал атлет и  превратился  в  тоненького  прелестного
юношу с  пушистыми  светлыми  кудрями  -  если  честно,  вполне  во  вкусе
Анастасии. Руки этого она со своей талии сбросила легко и повторила:
- Нет!