дураков, землекопов свихнувшихся...
- Действительно, чего захотели... -  Он  помолчал  и  вдруг  решительно
шепнул ей на ухо: - А мне бы согласилась?
Анастасия замерла, стоя на коленях на жестком  тюке.  Почувствовала  на
губах его губы, медленно подняла руки и положила ему на плечи. Зажмурилась
в темноте и долго не открывала глаз.
- Чудо ты, Таська, - защекотал ей ухо горячий шепот  Капитана.  -  Чудо
несусветное в кольчуге...
Анастасия улыбнулась в темноте, глаза защипало - но почему, ведь сейчас
ей было невыносимо  хорошо?  Загадочная  это  вещь  оказывается,  слезы  -
большая и сложная тайна, пока что непонятная ей.
- Пошли отсюда?  -  сказала  она  тихо,  коснулась  его  щеки,  провела
ладонью. - Здесь так страшно...
Вокруг снова не было ни души. Они спрыгнули  на  землю  и,  держась  за
руки, спокойно пошли быстрым шагом к окраине  города.  Никто  не  бросался
наперерез,  никто  не  гнался  -  все  сгрудились  вокруг  пожара.  Ливень
усиливался. Время от времени они, уже далеко отойдя от страшного  кочевого
города, оглядывались на пожарище - оно заметно пригасло, багровые  отсветы
словно уходили в землю, погружались на дно Канала.
- Тушат помаленьку,  -  сказал  Капитан.  -  Тушат-тушат,  не  потушат,
заливают - не зальют. Эх, я сюда обязательно вернусь...
Анастасия улыбнулась ему. Она промокла насквозь, одежда облепила  тело,
но холода Анастасия не чувствовала -  она  была  на  свободе,  и  безумцы,
рывшие  столетиями  свою  исполинскую  канаву,  хочется  верить,  навсегда
уходили из ее жизни.