замешался в толпу незнатных постояльцев, оруженосцев,  конюших  и  ловчих,
бивших баклуши во дворе, в ожидании приказов своих рыцарей.  Там  он,  как
легко было предположить, оказался единственным мужчиной, но ничуть этим не
смутился. Анастасия долго не усидела в своей комнате и  вскоре  стояла  на
галерее, притворяясь, будто не обращает никакого внимания на шумный  двор.
Она видела, как Капитан быстренько  обыграл  в  орлянку  двух  конюших,  а
выигрыш тут же употребил на пиво для всей честной  компании  -  к  шумному
восторгу болтавшихся во дворе. Притащили  несколько  пенившихся  кувшинов,
появились  глиняные  кружки.  Капитан  устроился  на  низком   бочонке   у
распахнутых настежь ворот (Анастасия поджала губы, видя, что Ольга уселась
рядом), взял у кого-то гитару и затянул странную песенку:

Вдоль обрыва, по-над пропастью,
по самому по краю
я коней своих нагайкою стегаю-погоняю -
что-то воздуху мне мало, ветер пью,
туман глотаю.
Чую с гибельным восторгом - пропадаю!
Пропадаю!

Видно было, что играть и петь он умеет. Ольга завороженно слушала  его,
подперев подбородок сжатыми кулаками, окружившие их  притихли,  а  Капитан
склонив голову набок, с грустным и отрешенным видом перебирал струны:

Чуть помедленнее, кони, чуть помедленнее!