Он  проснулся  поздно ночью --  что-то его разбудило. Далеко,  в другой
комнате, кто-то плакал.
--  Саул, это ты?--шепнул  Лео Ауфман, вылезая  из кровати,  и  пошел к
сыну.
Мальчик горько рыдал, уткнувшись в подушку.
-- Нет... нет...-- всхлипывал он.-- Все кончено... кончено...
-- Саул, тебе приснилось что-нибудь страшное? Расскажи мне, сынок!
Но мальчик только заливался слезами.
И тут, сидя у него на кровати, Лео Ауфман, сам не зная почему, выглянул
в окно. Двери гаража были распахнуты настежь.
Он почувствовал, как волосы у него встали дыбом.
Когда  Саул, тихонько  всхлипывая, наконец, забылся  беспокойным  сном,
отец спустился по  лестнице, подошел  к гаражу  и, затаив дыхание, осторожно
вытянул руку.
Ночь была прохладная, но Машина счастья обожгла ему пальцы.
Вот оно что, подумал он: Саул приходил сюда сегодня ночью.
Зачем? Разве он несчастлив и ему нужна Машина? Нет, он счастлив, просто
он хочет навсегда сохранить  свое счастье. Что же тут плохого,  если мальчик
умен, и  знает цену  счастью, и хочет  его  сохранить? Ничего плохого в этом
нет. И все-таки...
Внезапно у  Саула  в  окне колыхнулось что-то белое.  Сердце Лео бешено
заколотилось. Но он сейчас же  понял  --  это всего  лишь  ветром подхватило
белую  занавеску.  А ему показалось--что-то  нежное, трепетное выпорхнуло  в
ночь,  словно сама душа  мальчика вылетела из  окна.  И Лео Ауфман  невольно
вскинул руки, словно хотел поймать ее и втолкнуть обратно в спящий дом.