- Чарли? - сонно-вопросительно пробормотала жена.
Он медленно снял второй ботинок. Жена слабо улыбнулась во сне...  чему?
Она бессмертна. У нее есть сын. Но ведь  и у тебя  тоже.  Э-э, когда и какой
отец на самом  деле верил в это? Не выносив ребенка, не пережив боли? Кто из
мужчин  опускался  во мрак  и возвращался  с  сыном или дочерью так, как это
делают женщины? Эти милые, улыбающиеся создания  владеют доброй  тайной. Эти
чудесные часы, приютившие Время, - они творят плоть, которой суждено связать
бесконечности.  Дар  внутри  них,   они  признали  силу  чуда  и  больше  не
задумываются о ней.  К чему размышлять о Времени, если ты - само время, если
претворяешь мимолетный миг вечности в тепло и жизнь?
Как должны  завидовать мужчины  своим женам, как  часто  такая  зависть
оборачивается ненавистью к этим мягким существам, уже обретшим жизнь вечную!
А мы? Мы  становимся ужасно важными, хотя неспособны  удержать не только мир
вокруг  себя,  но даже себя в  мире. Слепые, не ведающие целого, мы  падаем,
разбиваемся, таем, останавливаемся и поворачиваем вспять.
Мы не можем придать форму Времени. И что же остается?
Страдать от бессонницы и пялить глаза в ночную темень.
Три после полуночи. Вот и вся нам награда. Три утра.
Полночь  души. Отлив. Душа  остается  на  песке.  И в этот час отчаяния
приходит поезд. Почему?
- Чарли? - Рука жены нашла его руку. - С тобой... все в порядке? Чарли?
- Она спала.
Он не ответил. Он не смог бы объяснить, каково ему сейчас.
Глава 15
Лимонно-желтое солнце появилось на круглом синем небе.