-  Тебе опасно  оставаться в городе. У  нас  на канале лучше, там никто
тебя не обидит, - умолял старик.
- Верно... - Голос звучал нерешительно. - Но теперь я обязана считаться
с этими людьми Что будет с  ними, если утром окажется, что я снова исчезла -
уже навсегда?  Правда, мама-то  знает, кто  я, -  догадалась, как и  вы. Мне
кажется,  они  все  догадались, только  не  хотят спрашивать. Провидению  не
задают вопросов. Если  действительность недоступна, чем  плоха тогда  мечта?
Пусть я не та, которую они потеряли, для  них  я даже нечто  лучшее - идеал,
созданный их мечтой. Передо мной теперь стоит выбор: либо причинить боль им,
либо вашей жене.
- У них большая семья, их пятеро. Им легче перенести утрату!
- Прошу вас, - голос дрогнул, - я устала.
Голос старика стал тверже
-  Ты должен  пойти  со  мной. Я  не могу снова  подвергать Энн  такому
испытанию. Ты наш сын. Ты мой сын, ты принадлежишь нам
- Не надо, пожалуйста! - Тень на балконе трепетала.
- Тебя ничто не связывает с этим домом и его обитателями!
- О, что вы делаете со мной!
- Том, Том, сынок, послушай меня. Вернись к нам скорей, ну, спустись по
этим лианам.  Пошли,  Энн ждет,  у тебя  будет настоящий  дом, все, чего  ты
захочешь.
Лафарж  не отрывал пристального взгляда от балкона, желая, желая, чтобы
свершилось...
Тени колыхались, шелестели лианы.
Наконец тихий голос произнес: