залитые  луной  белые  здания, в  которых  уже  много  веков никто  не  жил.
Великолепные,   безупречные   здания,   пусть  разрушенные,  но  все   равно
великолепные.
Включив мотор, Томас проехал  еще  милю-другую потом снова остановился,
вылез,  захватив свою корзинку, и прошел на бугор, откуда можно было окинуть
взглядом занесенный пылью город. Открыл термос и налил себе чашку кофе. Мимо
пролетела ночная птица. На душе у него было удивительно хорошо, спокойно.
Минут пять спустя Томас услышал какой-то звук. Вверху, там, где древнее
шоссе терялось за  поворотом,  он приметил  какое-то движение, тусклый свет,
затем  донесся слабый рокот. Томас  повернулся, держа  чашку  в руке. С  гор
спускалось нечто необычайное.
Это была  машина, похожая на  желто-зеленое насекомое, на богомола, она
плавно    рассекала   холодный   воздух,   мерцая   бесчисленными   зелеными
бриллиантами,  сверкая фасеточными  рубиновыми  глазами.  Шесть  ног  машины
ступали по древнему шоссе с легкостью моросящего дождя, а со спины машины на
Томаса глазами цвета расплавленного золота глядел марсианин  глядел  будто в
колодец.
Томас поднял руку  и мысленно  уже крикнул: "Привет!", но  губы  его не
шевельнулись. Потому  что это  был  марсианин. Но Томас  плавал  на Земле  в
голубых реках, вдоль которых  шли незнакомые люди, вместе с чужими людьми ел
в чужих домах,  и всегда его лучшим оружием была улыбка. Он не носил с собой
пистолета. И сейчас Томас не чувствовал в  нем нужды хотя где-то под сердцем
притаился страх.
У марсианина тоже ничего не было в  руках. Секунду они смотрели друг на
друга сквозь прохладный воздух.