бы очертить  контуры  тела там, где вдавилась под его тяжестью простыня, а в
центре  подушки,  где  коричневых  пятнышек  было  больше  всего,  виднелась
вмятина.
"ПРИВИДЕНИЙ НЕ СУЩЕСТВУЕТ",  - снова сказала себе Лила. В  комнате явно
жил  человек.  Бейтс не спал здесь - она видела его собственную постель.  Но
кто-то лежал в этой кровати, кто-то выглядывал из окна.
"ЕСЛИ ЭТО БЫЛА МЕРИ, ГДЕ СЕЙЧАС ОНА МОЖЕТ БЫТЬ?"
Обыскать всю спальню, перерыть ящики, обшарить  первый  этаж? Но теперь
это уже неважно. Главное в другом: надо только вспомнить... Где же он прячет
Мери?
И вдруг все встало на свои места.
Что  тогда говорил шериф  Чамберс? Он рассказывал, что  нашел  Бейтса в
лесу за домом, где он собирал дрова, так ведь?
Дрова для большой печки. Да, именно так.
"ПЕЧКА В ПОДВАЛЕ..."
Ступеньки скрипели у нее под ногами. Она снова на первом этаже. Входная
дверь  открыта,  в дом,  завывая,  ворвался  ветер. Входная дверь распахнута
настежь, потому что она  использовала  отмычку; теперь Лила понимала, откуда
взялось возбуждение и этот приступ злости, охвативший ее с той минуты, когда
она  нашла сережку. Она рассердилась, потому  что испугалась, а  гнев  помог
побороть  страх. Страх при  мысли о  том, что  могло случиться  с Мери,  что
случилось  с  Мери там, в подвале. Она испугалась за Мери, а не  за себя. Он
держал  ее  в подвале  всю  неделю; может  быть, пытал; может, делал то, что
изображено на картинке в этой омерзительной книге; пытал до тех пор, пока не
узнал о деньгах, и тогда...