В ближайшей комнате  они  обнаружили  скамью  и  стол.  Гохан  сел  и
принялся писать странными иероглифами марсианского письма записку  Флорану
из Гатола.
- Почему же, - спросил он,  закончив  писать,  -  ты  искал  Тару  на
спиральной лестнице, где мы встретились с тобой?
- Тасор рассказал мне, где  вы  скрываетесь.  Так  как  я,  пользуясь
ходами ульсио, исследовал большую часть дворца, я приблизительно знал, где
вас искать. Этот тайный спиральный ход поднимается из подземелья  к  крыше
высочайшей из башен дворца. У него тайные выходы на  каждом  этаже.  Но  я
думаю, что ни один живой манаторианин о его существовании не знает.  Я  не
встречал ни одного, хотя пользовался этим ходом много раз. Трижды  побывал
я в комнате, где лежит О-Май, но ничего не знал о нем и его  судьбе,  пока
мне не рассказал об этом Тасор в лагере У-Тора.
- Ты хорошо знаешь весь дворец? - прервал его вопросом Гохан.
- Даже лучше, чем О-Тар или кто-нибудь из его слуг.
- Отлично! И ты послужишь принцессе Таре из Гелиума,  Чек!  И  лучшей
службой будет, если ты доставишь Флорану мою записку  и  будешь  следовать
его указаниям. Я все напишу, ибо и стены имеют уши, Чек, записку же  может
прочесть только гатолианин. Он переведет ее тебе. Могу ли я тебе верить?
- Я никогда не вернусь в Батум, - ответил  Чек.  -  У  меня  во  всем
Барсуме есть лишь два друга. Что же мне остается, как не верно служить им?
Ты можешь верить мне, гатолианин. Ты  и  эта  женщина  доказали  мне,  что
неразумное сердце бывает совершеннее высокоразвитого мозга. Я иду.