Некоторое время они шагали в молчании.
"Стой!"  --  вдруг  приказал  Рябов.  Эрик  резко  остановился,   потом
осторожно   приставил   ногу.   Аннета  прошла  по  инерции  еще  два  шага,
натолкнулась на татуированного и застыла в напряженной позе.  "Слышите?"  --
шепотом  спросил Гришаня. Эрик прислушался, но ничего не услыхал. "Неужто не
слышите? Ведь громко же  пищат,  подлюги...  что  твои  цыплята!"  Тишина  в
туннеле  была  настолько  густой, что ее, казалось, можно было резать ножом.
Ладони Эрика  рефлекторно  сжались  в  кулаки,  по  спине  под  комбинезоном
скатилась  капля  пота.  "Спокойно, крошка! -- татуированный обнял Аннету за
плечи. -- Я с тобой!" Тишина  постепенно  распадалась  на  отдельные  звуки:
где-то  капала  вода,  откуда-то  доносился  неясный  шум. Потом неясный шум
распался на частое попискивание  и  тихий  низкий  рокот...  Эрик  осторожно
повернулся на месте и посмотрел назад.
"Не шевелиться! -- яростным  шепотом  приказал  Рябов.  --  Я  вам  что
говорил?"
Пять фигур в нелепых оранжевых комбинезонах застыли в разных позах, как
в  музее  восковых  фигур. Пять лучей света неподвижно отсвечивали в розовых
лужах на бетоне пола. Аннета  осторожно  отстранилась  от  татуированного  и
обернулась  назад, пытаясь заглянуть мимо Эрика в темноту туннеля. "Нишкни!"
-- прошипел Рябов. Попискивание приближалось: будто по дорожке  бежала  стая
цыплят  --  Эрик  мог различить шлепот сотен лапок по покрытому лужами полу.
"Фонарь выключить?" -- тихо спросил татуированный. "Слепые они...  и  глухие
тоже,  --  досадливо  прошептал Рябов. -- Я же объяснял!" -- "А чего ж тогда
шепотом говорите?" -- с еле заметной иронией поинтересовалась Аннета. "И  то
верно...  --  в полный голос согласился Гришаня. -- Надо же, сам себе голову