Солнце закатилось за дома. По двору  носилась  стайка  сопливых  детей.
Сидевшие  на  скамейке  бабушка  и  кот  исчезли.  Осторожно  поглядывая  по
сторонам, Эрик обогнул дом и  вышел  на  улицу.  Пешеходов  почти  не  было,
изредка  проезжали  машины.  Он  дождался  (первого попавшегося) грузовика и
повелительно просигналил водителю остановиться. "В чем дело, начальник?"  --
спросил  рассудительный  пожилой  шофер, с уважением поглядывая на майорские
погоны Эрика. "До Черненковского шоссе подбросишь?" -- "А тебе  куда  надо?"
--  "Чем  ближе  к Москве, тем лучше". -- "Садись, -- шофер распахнул дверцу
кабины, -- я как раз в Москву и еду".  Эрик  сел.  "А  электричкой  чего  не
захотел?"  --  "Долго: пока до станции дойдешь, пока поезда дождешься..." --
"Эт верно, -- согласился шофер, --  а  со  мной  через  два  часа  на  месте
будешь".  Выезд  на  Черненковское  шоссе  оказался  совсем близко: грузовик
проехал до конца улицы, свернул налево, потом направо -- и  город  кончился.
"Глянь-ка,  снег  на  шоссе разгребли! -- приятно удивился шофер, увеличивая
скорость. -- Эдак мы с тобой и в полтора часа домчимся!"
Эрик умостился поудобнее и привалился головой к окну -- сделал вид, что
спит.  Он  перебирал в памяти цепочку невероятных совпадений, произошедших с
ним в течение последних часов. Он силился понять, насколько опаснее  было  б
ехать  в  Москву  на электричке. Он пытался оценить вероятность милицейского
заслона на Черненковском шоссе... Впрочем, все это не играло  большой  роли,
ибо  свои возможности спрятаться в Громыкске он уже исчерпал и должен был --
тем или иным способом -- уносить оттуда ноги.
Через некоторое время Эрик и в самом деле уснул.

"Просыпайся, начальник, к Москве подъезжаем... Тебя где высадить?"